Claymore Game | Возрождение

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Claymore Game | Возрождение » Архив » Иаков Грозные Очи. [Злыми деяниями дорога в рай]


Иаков Грозные Очи. [Злыми деяниями дорога в рай]

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Здесь будут описываться короткие эпизоды из жизни одного из легендарных апостолов Организации - 
Иакова Грозные Очи, бывшего номер 14 из первого поколения, в последствии пробудившегося.

0

2

Hедавняя беготня здорово истощила Иакова, и, стоит добавить, сильно обозлила жившего в нем демона. Рано или поздно, чудовищная натура его темной половины сама вырвется на свободу, и этот момент был не за горами. Грозные Очи решил не дожидаться неуправляемого приступа, воспоминания о последнем таком происшествии заставляли содрогнуться. Сейчас он шел по вечерним улицам Рабоны и искал подходящее место для выгула.
Нос пробудившегося уловил довольно-таки специфичную смесь запахов: пот, сперма, благовония... Словом, все, что соответствовало борделю. Иаков остановился и посмотрел на здание, откуда исходили запахи: вполне аккуратный дом, не то гостиница, не то приличная таверна. Рабона называлась святым городом, и здесь официально запрещались подобные заведения, как и игорные дома. Но люди всегда и везде оставались людьми, со всем присущим им букетом пороков и потребностей. У входа, под видом бездомных попрошаек, дежурило двое дюжих охранников. Цепкий взгляд пробужденного безошибочно определил запрятанные под грязное тряпье кинжалы и метательные ножи.
- Серьезные ребята. - Мысленно усмехнулся Иаков и направился к входу в «приличное» заведение.
Первый этаж и правда выглядел как дорогая таверна, где еда стоила раза в три больше реальной цены. Запах благовоний, призванный заглушать все остальные душки, был намного сильнее.
Сразу же подоспела хорошенькая разносчица блюд с внушительным декольте:
- Что изволит Господин? У нас сегодня отличная отбивная. К тому же, хозяин распорядился разбить бочку благородного вина из личного запаса.
- Так сразу и не скажешь... - Пробужденный выразительно провел взглядом от ложбинки между грудей по шее разносчицы. - Я планирую потратить сегодня много золота и хотел бы посмотреть весь список предлагаемых здесь блюд.
- Тогда Вам лучше обратиться к хозяину. - Мило улыбнулась девушка. - Следуйте за мной.
Разносчица направилась к стойке, за которой сидел пожилой мужчина в дорогой одежде. Не мудрено, торговля женщинами всегда была очень прибыльным делом. Хозяин заведения выглядел серьезным человеком, его проницательный взгляд оценивающе шарил по Иакову: богатая, из дорогих материалов одежда, славный меч у пояса, украшенный драгоценными камнями... Грозные Очи заранее оставил свой клеймор с кольчугой в гостинице и позаботился раздобыть другую одежду и иное оружие, характеризующее его как высокопоставленного дворянина.
- Чем могу помочь молодому господину?
- Хочу, чтобы мне было что вспомнить. Цена не имеет значения. - Беззаботно проговорил Иаков, бросив старику равные куски золота.
Хозяин борделя оценил щедрость клиента и уважительно произнес:
- Мы очень ценим тех, кто знает, чего хочет.
Затем он подал пробужденному толстую папку в тесненном кожаном переплете. На страницах красовались довольно точные картинки девушек с различными блюдами на подносах. Разумеется, еда нарисована исключительно для отвода глаз, и вся соль была в другом. Иаков придирчиво разглядывал картинки, пролистывая папку сначала вперед, а потом назад. Наконец, выбор пал на рыжеволосую девушку с шикарной фигурой и красивой осанкой.
- Эта. - Иаков вернул папку, раскрытую на нужной странице.
- Отменный вкус, господин. - Хозяин улыбнулся, сгребая в мешочек сразу все предложенное золото. - Вас сейчас проводят, но сначала оставьте здесь свое оружие. Покорнейше прошу прощения за такие меры, это ни в коем случае не является знаком недоверия, просто обычай есть обычай. Ваш славный меч отдадут сразу же по выходу.
Пробужденный безразлично пожал плечами и отвязал от пояса ножны с дорогим мечом. Во-первых, такие предосторожности были вполне понятны и, зачастую, даже обоснованы. Во-вторых, он не видел причин отказывать вежливой просьбе. Разносчица повела Иакова дальше, на второй этаж.
Иаков ненавидел проституцию. Вне зависимости от причин, толкающих женщин на такое, судьба у всех «жриц любви» была одинаково незавидна. Мало кто из них доживал до тридцати пяти, заживо разлагаясь от сифилиса или истекая кровью, так как какой-нибудь не в меру ретивый порвал их в приступе неконтролируемой страсти. Ну а тех, кто все-таки добирался до столь преклонного для данной профессии возраста, заменяли на более молодых и привлекательных, вышвыривая старых на улицу. Там женщинам приходилось спасть уже с каждым, кто готов заплатить хотя бы краюхой хлеба... Лестница закончилась, а вместе с ней и мрачные размышления. На втором этаже разительно смердело тем, что ошибочно называли любовью.
- Какое оскорбление истинным чувствам. - Подумал Грозные Очи.
- Приятного времяпрепровождения. - Вежливо улыбнулась разносчица и поспешила вниз, оставив пробужденного у нужной двери.
Иаков вошел в комнату. Обставлено все было со вкусом. На широкой кровати сидела та самая рыжеволосая девушка, действительно в точности как на картинке в «меню». Мужчина пару мгновений просто смотрел на нее, изучая и запоминая свою жертву. Затем он начал раздеваться. Путана терпеливо подождала, пока Иаков разденется совсем, потом встала и двинулась к нему плавным шагом, соблазнительно покачивая бедрами. Пробужденный неподвижно наблюдал, что будет дальше. Рыжеволосая обошла его вокруг, проводя по крепкому торсу кончиками тонких, гибких пальцев, а затем снизу вверх потерлась о его бедро не менее соблазнительным задом, издав томный вздох. Если бы Иаков не знал, сколько золота заплачено, то мог бы подумать, что девушка действительно хочет его. Но все было притворством. Пробужденный толкнул путану на кровать, не сильно, но достаточно, чтобы та почти долетела до мягкого матраца. Густые волны рыжих волос красиво разметались, а из-под этой роскоши на краткий момент мелькнул недовольный взгляд. Девушка легла, приглашающе кивнув и потрудившись, чтобы каждый изгиб ее тела был воплощением соблазна. Чудовище внутри Иакова уже выло и дико металось, предвкушая сладостную свободу. Грозные Очи подошёл к рыжеволосой и придавил ее бедра коленом, намертво приковав тем самым к месту. Крепкая ладонь легла на нежную шею. Под кожей чувствовался отчаянное пульсирование, свидетельствующее о страхе, но на лице по-прежнему была лживая маска страсти. Тогда пробужденный положил вторую руку на плечо девушки и резко рванул наискось вниз, через пышные груди, живот и бедро. Глубокие царапины тут же начали заполняться алой кровью. Иаков усилил хват на шее, душа крик боли. Никто не обратит внимания на короткий вскрик, такие частенько слышались в этих стенах, когда распаленные клиенты вдруг совершали слишком резкие движения. Вот теперь на лице путаны была искренность, из голубых глаз покатились слезы боли и ужаса. Вместе с тем, искренняя, она показалась пробужденному такой нежной и возбуждающей. Иаков окончательно ослабил контроль над своим демоном, видя, как все погружается перед глазами в алое марево... Все сдерживаемое до этого зверство вырвалось на свободу, концентрированное и безжалостное.

[ Из внимания к особой впечатлительности некоторых пользователей, а так же из-за пониженного NC-рейтинга, описание основной жестокости пробужденного и действий откровенно порнографического содержания не вошли в официальную версию сего сообщения. Из важного для игры: Иаков не принимал пробужденную форму и не ослаблял контроль над своей аурой, отдавая себе полный отчет о своих действиях. «Погружение в кровавое марево» является лишь приемом для связного перескакивания с одной части сообщения на другую. ]

Иаков очнулся от вежливого стука в дверь. Он разлепил веки, осматривая и не узнавая комнату: всё было просто изгваздано в уже потемневших брызгах крови. Рядом на кровати, в луже начавшей сворачиваться крови, лежало то, что только с некоторой долей фантазии можно было назвать трупом человека. Сплошная мешанина из обрывков кожи, кусков недоеденных мышц и органов, крошева переломанных костей... Запах стоял не самый приятный, учитывая, что в комнате все время было очень тепло, почти жарко. Стук повторился.
- Прошу извинить за беспокойство. - Это был хозяин борделя. - Я ничуть не сомневаюсь, что Вы сможете заплатить за все время, проведенное у нас, но девушкам иногда нужен отдых, а помещениям - уборка. Мне очень жаль прерывать Вас.
Грозные очи медленно встал, покачиваясь и щурясь, словно с похмелья.
- Минуту.
Пробужденный подошел к двери и резко распахнул ее. Старик отшатнулся еще до того, как понял, что произошло внутри, просто запах. Иаков же дожидаться разговоров не стал, и, крепко ухватив хозяина за лицо, рывком втянул его в комнату. Старик попытался ударить пробужденного в лицо. Агрессия - самое примитивное и верное проявление страха, так уж были устроены почти все живые существа. Грозные Очи без труда перехватил кулак хозяина борделя и раздавил его в своей руке. В следующий момент, голову человека постигла та же участь, и в кровавую картину добавился еще один жирный штрих. Тело осело на пол... С некоторой тоской во взгляде, Иаков огляделся: - Нет, этого недостаточно. - Зверскими убийствами, он намеревался достичь некой благой цели.
Грозные Очи расслышал мерное поскрипывание пружин за стеной. Ну конечно же, никакого отдыха для девушек не предполагалось, этот старый ублюдок просто боялся, что Иаков не сможет заплатить за все время с лучшей проституткой в этом борделе. А времени, как раз, прошло немало, за окном уже стемнело. Зря, не о том беспокоился старик... Пробудившийся вышел в пустой коридор и, без всякого предупреждения, зашел в соседнюю комнату. Там жирный детина самозабвенно утюжил другую путану, даже не заметив гостя. Иаков склонил голову набок, разглядывая мужчину. Тот был невероятно толстым и уродливым, вполне понятно, что любовные утехи он мог найти только здесь. Было удивительно, как только девушка под ним еще не задохнулась. Иаков подошел к жирному и схватил его за позвоночник, вонзив пальцы прямо в дряблую плоть, затем одним рывком сдернул с путаны. Девушка и правда имела очень бледный вид. - Бедная... - Не обращая внимания на извивающегося от боли клиента, пробудившийся с силой наступил девушке на горло, сразу ломая ей шею. Затем он перевел грозный взгляд на мучающегося клиента:
- Чревоугодие является смертным грехом. -
Иаков перехватил жирного за затылок и впечатал лицом в стену. Тот выдержал этот удар и даже не потерял сознания. Тогда пробужденный пошел вдоль стены к выходу из комнаты, таща вдоль нее свою жертву и оставляя на побеленном камне след из крови и подкожного жира. Так он добрался до следующей двери, только теперь уже вежливо постучался. На стук выглянула растрепанная путана, по-видимому, только что распрощавшаяся с очередным клиентом. В ней Иаков узнал разносчицу, которая встретила его.
- А-а-а-а!!! - Наконец заорал от боли жердяй.
- А-а-а-а-а-а!!! - Завизжала от ужаса девушка, уставившись на то, что некогда было оплывшим от жира лицом.
- А-а-а-а!!! - Закричал Иаков просто так, за компанию.
Пробужденный втолкнул девушку внутрь комнаты и вошел сам, втаскивая за собой жердяя. Устав от него, Грозные Очи одним движением руки с внушительными когтями вспорол жирное брюхо и вытянул оттуда петли кишок, а затем затолкал их жердяю в рот. На соответствующем круге ада, этого несчастного ждала незавидная судьба вечно быть заживо пожираемым адскими гончими. Что ж, он сам был виноват в своей участи. Осталась девушка. Иаков нанес сокрушительный удар когтями сверху вниз, разрывая кожу, сминая ребра и разрушая легкое путаны. Тут дверь в комнату вышибли двое охранников, взбежавших наверх на крики. Мужики сориентировались быстро и тут же развернулись бежать. Иаков настиг первого еще в дверном проеме, разбивая его голову ударом кулака. Второй не успел добежать до лестницы, так как пробужденный быстро подобрал с пола кусок сломанной двери и метко метнул деревяшку вдогонку. Тело охранника оказалось насквозь прошито и, сделав еще два нетвердых шага, упало в пяти метрах от первых ступенек. Снизу раздалось хлопанье двери. Видимо, кто-то догадался выбежать на улицу, за городской стражей.
Если Иаков не собирался начать войну со всем городом, времени у него оставалось немного. Он поспешил в первую комнату, где была его одежда. В дальнем углу стоял большой таз с чистой водой - необходимое приспособление, чтобы путана могла освежиться между приемами клиентов. Наскоро смывая с себя кровь, Грозные Очи старался не думать, что здесь моют в обычных обстоятельствах. Затем он спешно оделся и выглянул в щелку между тяжелых штор на улицу. Там было пустынно в поздний час, солдаты еще не подоспели. Тогда Иаков распахнул окно и выпрыгнул на крышу соседнего дома. Далее последовала прогулка по крышам в другой, бедный квартал, подальше от этого. Оставленный дорогой меч дворянина должен был пустить стражу в ложном направлении.
Удалившись от места кровавой бани достаточно далеко, пробужденный остановился, выбрав себе крышу поудобнее. Он растянулся на глиняной черепице, заложив руки за голову, и уставился на луну. Конечно, совершенные убийства ужасны своей жестокостью, но они должны были надолго отпугнуть оставшихся путан от этой жуткой профессии. Благо, кругом было полно всяких монастырей и храмов, где принимают всех нуждающихся. Иаков знал, что разговаривать с девушками бесполезно, каждая из них надеется, что случится чудо, и как раз ее-то обойдет страшная судьба. Среди них постоянно ходили слухи, что то та, то другая вдруг повстречала среди клиентов своего суженого и начала счастливую жизнь. Но все это враки, придуманные и нарочно распускаемые владельцами борделей, чтобы заманивать и удерживать молодых девушек. Тут только страх мог помочь... Что ж, если верно, что благими намерениями выложена дорога в ад, то должно быть верным и обратное: зло имеет благие последствия.
- Надеюсь, Всевышний будет милостив к душам тех, кто погиб ради благой цели. - Подумал бывший Апостол. - Ну а я... Я отвечу за все сам.

0

3

Иаков долго лежал и любовался луной, такой серебряно-чистой. Ему, отягощенному пролитой кровью, было очень далеко до нее... Вдруг с улиц послышался топот нескольких пар кованых сапог. - Не иначе, как солдаты. -
Пробужденный перевернулся на живот и приподнялся на локтях, выглядывая из своего убежища. Он ожидал увидеть внизу патрульный отряд, снятый с маршрута на поиски виновника кровавой бани в борделе, но это было не то. Стражники гнались за босоногой девушкой в грязном тряпье. В доспехах и с алебардами, они бы ни за что не догнали бездомную, привыкшую к тягостям жизни на улице. Но девушке сильно не повезло запнуться в темноте улиц о булыжник, вывороченный из мостовой. Она неловко растянулась на камнях, чувствительно ударившись животом, по земле покатилась краденая буханка хлеба. Судя по цвету хлеба, в муку солидно добавляли обычную пыль, чтобы вес товара был больше. По мнению Иакова, мог существовать только первый сорт, но этот продукт какой-то захолустной пекарни официально относился к четвертому... Запыхавшиеся стражники окружили девушку.
- Что, попалась, воришка? - Победно спросил командир патрульного звена, утирая со лба стекавший из-под шлема пот.
Девушка лишь сжалась, садясь и затравленно оглядываясь. За воровство полагалось либо заточение в темницу, либо исправительные работы. Для молодой женщины все было одно - домогательства начальника, которому нельзя говорить «нет». Власть над другими неизбежно портит даже хороших людей, так что тюремщики и бригадиры исправительных отрядов никогда не отличались благородством духа и поступков. К тому же, девушке особенно не повезло быть красивой, не смотря на некогда сломанный нос.
Наглядевшись на травлю, Грозные Очи спрыгнул с крыши и мягко приземлился на мостовую. Нельзя сказать, что его мучила совесть за недавно совершенные убийства или судьба какого-то отдельного человека. Тут, скорее, был виноват дивный запах девушки, потрясший до глубины души. Аромат был так похож на оный Катерины! В жизни Иакова было всего лишь два существа, которых он полюбил всем сердцем, одним из которых и была Катя. Перед глазами непроизвольно, без всякого спроса, вновь встала картина, как, плачущая от боли и истекающая кровью, девушка сама кладет свою руку в пасть пробужденного, по-прежнему любя его от всего сердца и всей душой, а Иаков не мог ни контролировать свои челюсти, ни, хотя бы, закрыть глаза. Пробужденный содрогнулся всем телом, словно ударили плетью, рассекая его плоть до самых костей.
- Прекратить! - Взревел Иаков, быстрым шагом направляясь к стражникам и воришке. Его взгляд пылал дикой злобой и горящей ненавистью ко второй половине пробужденного, но стража приняла это на свой счет, моментально отступив и только потом подумав, кого они слушают.
- А кто приказывает-то? - Спросил стражник.
- Владеющий вот этим куском серебра. - Сдавленно ответил Грозный Очи, бросая под ноги стражника деньги. - Сдачу с хлеба можете оставить себе, в качестве благодарности за ваши труды.
- Благодарствую. - Поклонился мужик в доспехах, подбирая серебряник.
Стражники поспешили убраться с глаз странного господина, решившего вступиться за бездомную воришку. Брови Иакова сползлись друг к другу. Глядя на девушку, он молча протянул ей руку. Впрочем, девушка не растерялась от вида всего этого спектакля. Она мгновенно подобрала с мостовой краденую буханку хлеба и вскочила на ноги, снова попытавшись убежать. Пробудившемуся не потребовалось и пары прыжков, чтобы настигнуть девушку и крепко ухватить ее за запястье.
- Ну и чего ты добился-то? - Спросила она, прибавив к вопросу грязное ругательство. - Думаешь, ты купил меня за эти деньги?
Иаков отдернул руку, словно обжегшись.
- Я тебя спас и не более, дура. - Его взгляд до сих пор выглядел довольно неадекватно. - Давно не попадала под суд?
- Тебе-то какое дело, когда я последний раз там была? - Вор начала осторожно отступать, пытаясь незаметно выиграть себе дистанцию для новой попытки побега, прижимая к груди краденый хлеб.
- А вот есть одно... - Иаков с большим трудом подавил в себе эмоции. - Не поверишь, но я не ищу возможности позабавиться со шлюхой. - Он высыпал себе на ладонь куски золота и посмотрел на девушку, вопросительно приподняв бровь: - Видишь? За эти деньги я могу купить реально прельщающие женские ласки. Зачем мне эта грязь с твоего тела и твоего же языка?
Бездомной словно в лицо плеснули грязной водой, но слова странного господина были справедливы.
- Да кто вас знает... - Все с тем же недоверием в голосе, спросила девушка, но перестала украдкой увеличивать дистанцию.
- Я странствую. Мне и моим солдатам нужен кто-то, кто будет готовить еду, штопать и стирать одежду, мыть котелки в походе. - Пробужденный знал людей и уже начал плести сеть соблазна. - Я отчаялся найти кого-то среди прачек, все они не хотят и на километр отходить от своих домов! Готов уже платить серебром...
Бездомная девушка чуть не подавилась, услышав, что кто-то всего за стирку и готовку собирается отдавать целый серебряник в день. Это звучало словно бред, но деньги имели свою власть над людьми.
- Иди на гхыр! Жизнь давно отучила меня верить кому-либо.
- Думаешь, я силой не смогу взять бесплатно то, о чем ты подумала? - Пробужденный зло ударил кулаком в стену, отчего каменная кладка зашаталась. - Я тебе предлагаю шанс начать нормальную жизнь, заработать это честным трудом. Когда еще в твоей жалкой жизни случится такое?
- Проспись сначала.
Иаков сжал челюсти, злясь на упрямство девушки. Но, в глубине души, он ликовал сходству с Катей даже в поведении, хоть внешне не выказывал своих чувств.
- Ну что ж... Тогда сама иди сама на него, там тебе наверняка понравится. - Пробужденный развернулся и уверенно зашагал прочь. - И не думай злиться на жизнь, что она, такая скупердяйка, предоставила всего один шанс тебе, такой агхыренно крутой и великой. А не два и не три, дожидаясь твоей благосклонности к ней.
Иаков шел не оглядываясь, в уме ведя обратный счет своих шагов. Именно в тот момент, когда счет дошел до нуля, раздался возглас девушки:
- Постой!
- Извини, но на таких, как ты, висит. - Грозные Очи даже не замедлил шага, бездомной пришлось побежать за ним. Иаков легко мог заставить бегать за собой и не таких дам, но именно сейчас вдруг почувствовал себя счастливым.
- Нет, ну правда! - Девушка завелась, начав бороться сама с собой. - Я ведь могу уйти в любой момент, забрав с собой выручку за все предыдущие дни, и никто не смеет ко мне приставать?
- Очень похоже на правду. - Иаков остановился и обернулся. - Уйти ты можешь лишь поздним вечером каждого дня, так будет проще сосчитать мою задолженность тебе.
Одни только слова, что богатый господин может быть что-то должен бездомной девушке, очень льстили.
- Но вдруг ты меня просто обманываешь?
- Чего ради? - Пробужденный устало вздохнул. - Мне не пристало заниматься женской работой, а солдаты должны концентрироваться на охране, а не стирке своих портков. Если не нравится мое предложение, то проваливай. Найду себе другую.
Иаков снова зашагал. Девушка медлила, колеблясь, но вскоре бегом догнала пробужденного и молча пошла за ним. Победа. Но теперь возникал серьезный вопрос: откуда взять обещанных солдат? Бывшие все до единого погибли в устроенной разбойниками засаде на дороге. Получалось, свита теперь состояла только из девушки, с которой один на один лучше бы не оставаться. По крайней мере, надолго, уж слишком хорошо она пахла.

0

4

- Тебя как звать-то? - Спросил Иаков, поднимаясь по лестнице к своей комнате. Гостиница была самой средней: дешево и сердито, но чисто.
- Вика.
- Виктория, значит? А я Фенрир... Необычное у тебя имя для бродяжки. - Заметил пробужденный. - Обычно, у вас и имен-то человеческих нет, только клички всякие.
- Твое тоже странное. - Парировала Вика. - Слишком уж короткое для благородного господина.
Пробудившийся только усмехнулся, не зная, радоваться или огорчаться на такую прозорливость. С одной стороны, с такой никогда не соскучишься, с другой - были причины кое-что скрывать.
- Это псевдоним. Мое настоящее имя состоит из трех слов... - Иаков провернул ключ в замочной скважине и жестом пригласил девушку войти первой. Комната содержала в себе только необходимое, никаких излишеств. - Которые тебе знать совсем не обязательно.
- Что, дома во дворце не сиделось, потянуло на приключения? - Вика продолжала удивлять. Она смело вошла в комнату.
- Шибко ты умная для бездомной, родившейся на улицах. Как попала в такую жизнь?
Грозные Очи, не стесняясь, начал стягивать с себя дорогую одежду. Ни один дворянин не станет расхаживать по ночным улицам один, а если еще учесть недавнее событие в борделе, то переодеться в неприметное было просто необходимо.
- Я так и знала... - Девушка попятилась от Иакова, снова прижимая к груди краденый хлеб, словно бы могла отгородиться им.
- Да когда ж это прекратится! - Воскликнул пробужденный и снял с себя штаны. - Ну смотри, разве похоже, чтобы я собирался кого-нибудь насиловать сейчас?
- Э-э-э... - Протянула Вика, уставившись своему господину пониже пояса. - Как бы это сказать...
- Да иди ты в баню. - Буркнул Иаков и спешно надел новые штаны и тунику из простого и прочного материала, затем натянул на себя кольчугу, прикрыл ее рубахой восточного стиля и, наконец, нацепил на спину ножны с клеймором. - Серьезно, помойся. Не хватало еще, чтобы ты вшей натащила на мои вещи. И поешь что-нибудь нормальное внизу, потом можешь поспать. Твоя служба начинается завтра утром.
Пробужденный направился к выходу.
- Постой, куда ты?
- Большая часть моих солдат полегла в бою, так что иду набрать новых. - Беззаботным тоном, признался Грозные Очи, словно бы речь шла покупке продуктов на базаре.
Иаков вышел из гостиницы и пошел искать нужный кабак. Он не беспокоился, что девушка что-нибудь украдет и сбежит. Во-первых, все ценное пробужденный взял с собой, а во-вторых, Виктория никуда не побежит, он просто знал это.

В Рабоне не было официальной гильдии наемников, как в некоторых других городах, но имелась одна таверна, где собирались желающие заработать на жизнь мечом. У этого заведения и названия-то не было, просто кому надо, тот знал. Трактирщиком был старый Зигфрид, сам успевший снискать себе немало славы на все том же поприще, пока не потерял в бою руку и глаз. Основная прибыль шла не с еды и питья, а с некоторого подобия налога на заключающиеся в таверне сделки между наемниками и нанимающими.
Квартал был одним из самых бедных в городе. Иаков узнал заведение по выцветшей вывеске с изображением двух скрещенных моргенштернов - любимого оружия хозяина трактира. Внутри стоял туман табачного дыма, шумели захмелевшие посетители.
- И почему время так безжалостно с одними и так милостиво к другим? - Спросил Зигфрид, узнав Иакова и намекая на то, что тот совсем не изменился с последнего визита.
- Свежему воздуху да стараниям твоих постояльцев благодаря. - Грозные Очи подошел к трактирщику, улыбаясь.
- Что, твои ряды опять поредели? - Рассмеялся старик.
- Есть такое. - Согласился пробужденный, по-дружески пожав морщинистую руку. Мало кто из простых смертных отваживался обращаться к нему на «ты», и еще меньшим он позволял это. - Посоветуешь кого?
- Днем зашел один богатый купец и забрал всех толковых бойцов. - Зигфрид прищурился единственным глазом, глядя куда-то в дальний угол. - Но поговори вон с теми. Они зашли всего пару часов назад, выглядят прилично.
Иаков обернулся в ту же сторону. За столом в углу сидело шестеро плечистых воинов в надежных кольчугах, усиленных прямоугольными стальными пластинками, накладывающимися друг на друга подобно чешуе. На столе покоилось ровно шесть остроконечных шлемов, в тулах - тугие луки, из которых удобно стрелять как пешему, так и конному. Мечи с короткими рукоятями и увесистыми клинками не особенно отличались балансировкой, но зато без труда прорубали любой легкий и большинство средних доспехов. Добрые щиты каплевидной формы и дорожные плащи с меховым подбоем. По этой экипировке, пробужденный узнал в наемниках представителей исчезающего народа с северо-востока острова. То были славные люди, но слишком уж привязаны к своей культуре и ни в какую не соглашались мешать кровь с другими, от того и вырождались. Иаков, не теряя времени на дальнейшие разглядывания, вручил трактирщику один золотой и направился к воинам.
Шестеро наемников тоже заметили Иакова и первыми поздоровались, встав с мест:
- Здравы буде, боярин! - Необычный говор и «о»-кание, только подтвердили догадку Грозных Очей.
- И вам поздорову, добры мужи. - Пробужденному освободили место на лавке, и он сел за стол. - Предложение есть, хотите ль выслушать?
- Дык, понятно дело, боярин. - Согласился старший из воинов. - Затем и пришли сюда.
- Тогда так. Мне нужна охрана, которая знает свое дело и не задает лишних вопросов. Мне лучше мало, но толковых и верных, чем банду вооруженной шпаны.
Бородатый воин о чем-то задумался, словно не совсем поняв слова Иакова, но потом просветлел:
- Не очерним, боярин, но и нашу доблесть порочить нет Вам надобности. Все буде исполнено аки прикажете.
- Вот и славно. - Иаков положил на стол кисет с золотом, и через пару мгновений к ним уже поднесли кружки с пивом в знак того, хозяин заведения все видел и претензий к сделке не имеет. - Называйте меня Фенриром. И я князь, а не боярин. А вас как?
- Как прикажете, так и будет. - Серьезно ответил старшина маленькой дружины.
Пробужденный отпил пива, пряча в кружке ухмылку. У этого народа считалось огромной глупостью назвать свое имя незнакомцу. И они были действительно верны своим традициям.
- Тогда завтра на рассвете нареку вас.
- Добрая мысль, княже. - Согласились воины. - Утро вечера всегда мудренее.
- Пойдемте отсюда, нечего травиться дымом.

На крыльце гостиницы Грозные Очи увидел, как Вика что-то передала какому-то нищему бродяге, и тот поспешил скрыться в темных переулках. Она заметила группу подходящих мужчин, но прятаться было уже бессмысленно.
- Можешь проверить, много я у повара не брала за твой счет. - Проговорила девушка, затравленно глядя на Иакова.
- Свое, значит, отдала? - Пробужденный даже не думал злиться. - Глупо.
- Да что ты вообще знаешь о жизни на улицах?! - Напустилась на него Виктория.
- Зато я знаю о самой жизни больше, чем ты можешь себе представить. Если хочешь кому-то действительно помочь, то дай возможность подняться на ноги, а не тупо подкармливай. Так они просто сядут тебе на шею.
Иаков не собирался спорить с девушкой и просто подвинул ее в сторону, входя в гостиницу. Надо было еще договориться с владельцем о комнатах для солдат.

Утро выдалось пасмурным, но сухим, сборы в дорогу прошли в полном молчании. Вика дулась за недавнюю выволочку и явно мучилась от голода, но старалась не показывать этого. Наемники в принципе много языками не чесали. Все было почти готово, оставалось только завернуть на рынок, чтобы прикупить съестные припасы. По пути, Иаков зашел к броннику и на глаз подобрал для Виктории кожаную броню. Такая могла спасти разве только от ударов вскользь и тупых арбалетных болтов, но была легкой и практически не стесняла движений. Еще девушке была куплена подходящая одежда взамен того тряпья, в котором она жила на улице. И лютня. Вика как-то с тоской посмотрела на этот инструмент, лежавший на прилавке, и пробужденный решил угодить ей. Тогда от давешней обиды не осталось и следа, девушка вмиг просветлела. При этом запасы золота окончательно иссякли. Значит, до следующего рейда по бандитским лагерям в лесах оставалось совсем недолго.

0


Вы здесь » Claymore Game | Возрождение » Архив » Иаков Грозные Очи. [Злыми деяниями дорога в рай]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC